Кс предписал изменить норму, понимание которой менялось со временем

Изменение норм современного русского языка

В статье рассматриваются современные процессы нормализации и кодификации норм. Рассматривается культурно-речевая ситуация в современной России.

Основой любого современного литературного языка является понятие «языковая норма», которое тесно переплетается с понятием речевой культуры каждого отдельного человека.

Языковая норма представляет собой определенные правила использования речевых средств в определённый период развития литературного языка, то есть правила произношения, словоупотребления, использования традиционно сложившихся грамматических, стилистических и других языковых средств, принятых в общественно-языковой практике.

Многие ученые, в том числе и С.И. Ожегов – создатель первого однотомного «Толкового словаря русского языка», считают, что языковую норму нельзя считать неподвижной и застывшей категорией языка.

Языковая норма выступает в качестве некоего исторически обусловленного факта, проявления исторических закономерностей развития языка и характерных для каждой эпохи направлений развития, которые были поддержаны и одобрены обществом в каждодневной языковой практике.

Можно сказать что, что норма – это совокупность наиболее пригодных («правильных», «предпочитаемых») для обслуживания общества средств языка, складывающаяся как результат отбора определенных языковых элементов (фонетических, лексических, морфологических, синтаксических) из числа параллельно существующих в языке: уже существующих, образуемых снова или извлекаемых из пассивного словарного запаса прошлого в процессе социальной переоценки и пересмотра данных элементов.

Литературно правильная речь всегда должна быть построена в соответствии с языковыми нормами. Литературная норма обязательна и для устной, и для письменной речи, при этом она всегда зависит от условий, в которых осуществляется речевой процесс.

Нормы помогают сохранить целостность и общепонятность литературного языка для всего общества на протяжении довольно длительного времени. При этом нормы языка представляют собой явление историческое и постоянно меняющееся.

Проследить непрерывное изменение языка вполне отчетливо можно при сопоставлении исторических и современных текстов.

«Тогда Игорь възрѣ на свѣтлое солнце и видѣ от него тьмою вся своя воя прикрыты, и рече Игорь къ дружинѣ своей: братие и дружино! Луце жъ бы потяту быти, неже полонену быти, а всядемъ, братие, на свои бръзыя комони, да позримъ синего Дону. Спала князю умь похоти, и жалость ему знамение заступи, искусити Дону великаго. Хощу бо, рече, копие приломити конець поля Половецкаго съ вами, русици, хощу главу свою приложити, а любо испити шеломомь Дону».

Сравним отрывок из вышеприведенного произведения древнерусской литературы «Слово о полку Игореве» (полное название «Слово о походе Игоревом, Игоря, сына Святославова, внука Олегова»), написанного в XVI веке неизвестным летописцем о неудачном походе на половцев в 1185 году русских князей под предводительством новгород-северского князя Игоря Святославича, с современным переводом данного произведения, чтобы увидеть какие глобальные изменения произошли в нашем языке за это время:

«Тогда посмотрел Игорь на светлое солнце и увидел, что тьма от него все войско покрыла. И сказал Игорь дружине своей: «Братья и дружина! Лучше в битве пасть, чем в полон сдаться.

А сядем, братья, на своих борзых коней, поглядим на синий Дон!» Запала князю дума Дона великого отведать и знамение небесное ему заслонила.

«Хочу, – сказал, – копье преломить у степи половецкой с вами, русичи! Хочу голову свою сложить либо испить шеломом из Дону».

Языковые нормы никогда не придумываются специально учеными-филологами. Изменение литературных норм связано с постоянным поступательным развитием языка, социальными изменениями, развитием национальной литературы и искусства, продвижением вперед науки и техники, развитием и совершенствованием современных систем и средств связи (например, Интернет).

Изменения норм всегда фиксируются в различных словарях и справочниках, и то, что являлось нормой в прошлом веке или даже 40-20 лет назад, в настоящее время может стать отклонением от неё. Если сопоставить тексты и словари XIX вв.

с современными словарями и справочниками, то можно увидеть, как менялись нормы произношения и ударения, грамматические нормы и т.д.

Например, во времена А.С. Пушкина говорили музы'ка, а не му'зыка, зала, а не зал.

Всем известное слово «вокзал» до середины XIX века первоначально употреблялось обычно в форме «воксал» в значении «место общественных увеселений; загородная постройка для увеселения публики, с рестораном, залами для танцев и концертов», что находит подтверждение в творчестве А.С. Пушкина, который писал:

«…Я живал да попевал, Как в театре и на балах, На гуляньях иль в воксалах

Легким зефиром летал…»

Однако буквально через несколько лет значение слова совершенно изменилось, что было связано с тем, что первая в Российской империи Царскосельская железная дорога, открытая в 1836 году, для оживления пассажирского движения устраивала на станции Павловск бесплатные концерты. Помещение, где происходили эти концерты, названо было вокзалом.

Впоследствии станционные помещения для пассажиров по всем дорогам в России стали называться вокзалами, хотя в других странах нигде станции вокзалами не называются. Таким образом, в конце XIX века у слова «вокзал» возникает новое значение – «здание пассажирской железной станции».

Сейчас значение слова расширилось (например, речной вокзал, автовокзал, аэровокзал).

Изменения лексического значения слов происходит также и в ХХ веке. Подобные изменения произошли со словом абитуриент (от латинского abituriens – собирающийся уходить), которое в большинстве европейских стран обозначает человека, оканчивающего среднее учебное заведение, а России обозначает человека, который поступает в высшее учебное заведение.

Слово «абитуриент» в 30-40-е годы ХХ века употреблялось в нашей стране как обозначение тех, кто оканчивал среднюю школу, и тех, кто поступал в вуз, так как оба эти понятия во многих случаях относятся к одному и тому же лицу.

Но уже в 50-е годы ХХ века за оканчивающими среднюю школу закрепилось слово «выпускник», а «абитуриентами» называют тех, кто сдает вступительные экзамены, поступая в вуз или техникум.

Постоянное изменение языка происходит и в настоящее время.

За последние десять – двадцать лет в российском обществе произошли значительные экономические, политические и социальные изменения, которые оказали определённое влияние как на устную, так и на письменную речь.

Эти изменения отразились и на определенных участках его лексической системы. Приведём примеры современных высказываний, которые ещё двадцать лет назад были бы совершенно непонятны любому носителю русского языка:

  • Я буду в лесу, но ты мне позвони…
  • Я случайно стёр «Войну и мир»…
  • Я тебе письмо пять минут назад послал, ты получил?
  • Скинь мне фото на мыло…
  • Я не могу с тобой говорить, ты всё время исчезаешь…
  • Положи мне деньги на трубу…
  • Я завтра себе мозгов докуплю…
  • Давай подарим ему домашний кинотеатр…
  • Я вторую мировую за американцев прошёл…
  • Воткни мне зарядку…
  • Ивана нет – он в армии. Вы ему позвоните.
  • Я с другом всю ночь рубился в монстров.
  • Хочу купить палку для фото.
  • Надо скачать новый фильм.
  • Мы из банка забрали всю капусту.
  • Посчитай быстро на телефоне.
Читайте также:  Число страховых случаев в банках снизилось вдвое за год

Изменяются в языке и грамматические нормы. В литературе XIX века и разговорной речи того времени употреблялись слова георгина, зала, рояля – это были слова женского рода. В современном русском языке нормой является употребление данных слов как слов мужского рода – георгин, зал, рояль.

Языковая норма не разделяет средства языка на хорошие или плохие. Она указывает на целесообразность употребления их в общении. Источниками языковых норм являются произведения классической литературы, общепринятое современное употребление языка, научные исследования.

Для того чтобы языковое явление стало нормативным, необходимо соблюдение определённых условий:

  1. относительная устойчивость данного способа выражения;
  2. регулярная употребляемость и распространённость;
  3. соответствие данного способа выражения обычаю и возможностям системы литературного языка;
  4. общественное одобрение (причём роль судьи в этом случае приходиться на долю писателей, учёных, образованной части общества).

Для всего общества необходимы языковые нормы. Во-первых, нормы помогают сохранять языковые традиции. Во-вторых, нормы способствуют тому, чтобы люди правильно понимали друг друга.

Литературный язык соединяет поколения людей, и поэтому его нормы, обеспечивающие преемственность культурно-речевых традиций, должны быть как можно более устойчивыми, стабильными.

В-третьих, нормы помогают отличить образованного человека от необразованного, так как невладение нормами выдает или человека просторечно говорящего, или носителя диалекта, или человека, для которого язык не родной.

Нормы защищают литературный язык от воздействия просторечия, диалектной речи, социальных и профессиональных жаргонов, арго. Это позволяет литературному языку выполнять свою основную функцию – культурную.

Нарушение норм литературного языка мешает правильному восприятию любого высказывания. Это может привести к смысловым потерям, когда информация передается неполно, искажённо, или слушателю (читателю) приходится тратить дополнительное время и силы на перекодирование информации на привычный и понятный язык, то есть фактически переводить «с русского на русский» язык.

Человек, нарушающий нормы литературного языка, на бессознательном уровне воспринимается другими собеседниками как некультурный, невежественный, малограмотный, что может привести к возникновению внутреннего психологического барьера в общении. С учетом данной точки зрения овладение основными языковыми нормами должно произойти в дошкольном и младшем школьном возрасте, когда идет процесс формирования и развития лексического строя речи детей.

Кроме того, нарушение норм литературного языка значительно подрывает имидж современного человека, создаёт негативный образ, представляя говорящего как безответственного, некомпетентного и непрофессионального собеседника. Следствием этого может быть нежелание идти навстречу, сотрудничать и продолжать общение.

Источник: https://novainfo.ru/article/9032

2.4.7. Допустимость фиксации состояния применимого права в определенный момент времени (“цементирование” права)

Считается, что при выборе применимого права на основании соглашения сторон, а равно при определении договорного статута в силу объективных коллизионных норм применимое право подлежит применению как живой организм, то есть с учетом тех изменений и дополнений, которые вносятся с момента заключения договора до момента рассмотрения спора в суде или арбитраже. В связи с этим общепризнанным постулатом возникает вопрос о том, могут ли стороны зафиксировать состояние применимого права на определенный момент времени (обычно на дату заключения договора) с тем, чтобы исключить применение неожиданных новых императивных предписаний применимого права.

Данная практика активно используется при заключении инвестиционных соглашений между иностранными инвесторами и государствами, принимающими инвестиции. Подобные условия принято называть “стабилизационными оговорками” (stabilization clauses, Stabilisierungsklauseln).

В международном инвестиционном праве подобные условия считаются вполне допустимыми: государство, выступая стороной договора, предоставляет таким образом инвестору дополнительные гарантии того, что принятые этим государством новые императивные нормы, ухудшающие правовое положение инвестора, не будут распространены на данного инвестора.

В случае нарушения этой гарантии иностранный инвестор получает право на возмещение понесенных убытков . Сложившаяся практика нашла отражение в ст. 3 Резолюции Института международного права 1979 г.

“О праве, применимом к соглашениями между государством и иностранным частным лицом”: “Стороны могут договориться о том, что положения внутреннего права, применимого к договору, подлежат применению в том состоянии, которое они имеют на момент заключения договора”.

——————————–

 Kommentar zum  Gesetzbuch. Bd. 10. Internationales Privatrecht. Rom-I Verordnung. Rom-II Verordnung.  zum  Gesetzbuche (Art. 1 – 24). S. 468.

Значительно более спорным является вопрос о возможности фиксации применимого права на определенный момент времени в договорах между частными лицами. Подобные условия принято именовать “замораживанием” или “цементированием” применимого права (freezing clauses, Versteinerungsklauseln).

Некоторые авторы приходят к выводу о невозможности подобных условий, ссылаясь на то, что подобные условия якобы затрагивают государственный суверенитет страны, чья правовая система подлежит применению. Так, алжирский исследователь М.

Иссад полагает, что попытки стороны зафиксировать состояние применимого права на дату заключения договора есть не что иное, как “препятствование осуществлению суверенитета” . А.Б.

Покровская полагает, что, “стабилизируя” систему или некоторые ее отрасли (институты), участники правоотношения присваивают несвойственные им функции “законодателя”.

Именно по этой причине, а также для обеспечения равенства сторон правоотношения могут быть признаны правомерными лишь стабилизационные оговорки в договорах с государством, право которого подлежит применению, поскольку, даже выступая как субъект частного права, государство не лишается возможности влиять на собственную правовую систему” .

——————————–

Иссад М. Международное частное право. М., 1989. С. 192.

Покровская А.Б. Соглашение о праве, применимом к частноправовым отношениям, осложненным иностранным элементом. С. 7.

Данные рассуждения очень сильно напоминают общие возражения против действия автономии воли сторон как таковой: якобы наделение сторон договора возможностью выбирать применимое право превращает их в законодателей. Изменившееся понимание природы и целей международного частного права делает подобные рассуждения несостоятельными.

Сегодня международное частное право понимается не как отрасль права, нацеленная на разрешение конфликта суверенитетов различных законодателей, а как совокупность норм, которая призвана разрешить коллизионную проблему, прежде всего исходя из интересов самих участников частноправовых отношений.

Суверенитет государства может быть в определенной степени затронут лишь в случае, когда исключается действие правовых норм, основной целью которых является защита публичных интересов.

Читайте также:  Будет сделано: как управляющей компании выполнить работы по решению суда

Однако подобные нормы в рамках международного частного права будут иметь статус сверхимперативных норм, а следовательно, на них не распространяется действие механизма автономии воли сторон (осуществляемый сторонами выбор применимого права не имеет значения с точки зрения определения применимости сверхимперативных норм lex fori и иностранных сверхимперативных норм). В остальной части императивные нормы направлены на обеспечение справедливого баланса интересов различных участников имущественного оборота, а потому рассуждения о нарушении государственного суверенитета являются неосновательными.

Другое возражение, которое традиционно противопоставляется допустимости цементирования применимого права, заключается в том, что стороны якобы могут выбрать лишь существующий правопорядок определенной страны (Rechtsordnung), который имеет статус действующего права . Например, Сп.

Симитис считает, что “с коллизионной привязкой сопряжено определение применимого права только с пространственной, но не временной точки зрения” (, nicht aber zeitlich bestimmbares Recht) .

Исключение при этом делается лишь для радикальной смены социально-политического строя и правовой системы, ставшей, как правило, результатом произошедшей революции .

——————————–

 Kommentar zum  Gesetzbuch. Bd. 10. internationales Privatrecht. Rom-I Verordnung. Rom-II Verordnung.  zum  Gesetzbuche (Art. 1 – 24). S. 468 – 469; Internationales Vertragsrecht. Das internationale Privatrecht der . S. 109; Staudinger von. Kommentar zum  Gesetzbuch mit  und Nebengesetzen.  zum  Gesetzbuche/IPR. Art. 27 – 37 EGBGB. S. 118.

Simitis Sp. Aufgaben und Grenzen der Parteiautonomie im internationalen Vertragsrecht. S. 217.

Internationales Vertragsrecht. Das internationale Privatrecht der . S. 98; Staudinger von. Kommentar zum  Gesetzbuch mit  und Nebengesetzen.  zum  Gesetzbuche/IPR. Art. 27 – 37 EGBGB. S. 119; Kropholler J. A.a.O. S. 464.

Данная идея после долгих дискуссий нашла отражение в Резолюции Института международного права 1991 г. “Об автономии сторон международных контрактов, заключенных между частными лицами или организациями”. В ст.

8 этой Резолюции условию о цементировании права придается лишь характер инкорпорации, но не коллизионного выбора применимого права: “Если стороны договариваются о том, что выбранное право подлежит применению в том виде, в котором оно действует в момент заключения договора, то положения этого права должны применяться в качестве материально-правовых положений, инкорпорированных в договор; если, однако, применимое право было изменено или отменено императивными нормами, которые подлежат применению к существующим договорам, то такие нормы подлежат применению”.

В российской литературе данная идея выражена в работах В.Л. Толстых: “Недействующее право не представляет собой право. Попытки сторон ограничить действие своего соглашения о выборе права законодательством, действующим на определенный момент, в случае последующего изменения этого законодательства не должны рассматриваться как заключенные в рамках института автономии воли” .

——————————–

Толстых В.Л. Международное частное право: коллизионное регулирование. С. 125.

Как указывалось выше при анализе юридической природы автономии воли сторон, подобный ограничительный взгляд на соглашения о выборе права обусловлен чисто догматическими аргументами, основанными на коллизионно-правовой теории автономии воли, в рамках которой соглашение о выборе права приравнивается к обычной коллизионной норме и ограничивается лишь теми функциями территориальной (географической) локализации отношения, которые могут иметь обычные коллизионные нормы. С нашей точки зрения, использование материально-правовой теории автономии воли позволяет освободиться от этих догматических препон и оценить допустимость цементирования права с помощью анализа нормообразующих факторов, влияющих на коллизионное регулирование договорных обязательств.

На наш взгляд, цементирование права может затронуть лишь такой коллизионный интерес правопорядка, как внутреннее единообразие решений.

Система ценностей, которую призван защитить любой правопорядок и обеспечение соблюдения которой делает возможным использование принципа эквивалентности и взаимозаменяемости правопорядков, имеет тенденцию меняться со временем: те принципы регулирования имущественного оборота, которые считались основополагающими 200 лет назад, претерпели существенные изменения в современных условиях. Таким образом, ссылку на то состояние национальной правовой системы, которое существовало в другую историческую эпоху или при другом социально-политическом или экономическом строе, можно рассматривать как противоречащее принципу внутреннего единообразия решений. Поэтому вряд ли можно признать допустимым избрание сторонами частного права Древнего Рима, дореволюционного права Российской империи или советского права до момента распада СССР.

Вместе с тем сомнительно, чтобы подобные экзотические примеры существовали на практике. В реальной жизни стороны стремятся зафиксировать применимое право в том виде, которое оно имеет на момент заключения договора, причем период исполнения договора между частными лицами обычно ограничен протяженностью в несколько десятков лет.

В столь короткий временной период государство, как правило, может издать лишь такие императивные нормы (и что важно – придать им обратную силу, распространив на заключенные ранее договоры), которые нацелены не на общую коррекцию системы частноправовых ценностей, а на решение сиюминутных публично-правовых задач (введение эмбарго на торговлю с лицами из определенных стран, валютных ограничений и т.п.). Например, в литературе проблема цементирования применимого права, как правило, обсуждается в связи с делами, возникшими после введения в США запрета так называемых золотых оговорок (gold value clauses), предусматривавших привязку размера подлежащих уплате сумм не к национальной валюте, а к стоимости золота .

——————————–

См.: Nygh P. Autonomy in International Contracts. P. 35; Vischer Fr.  des Vertragsstatuts und ihre Folgen // Festschrift  Max Keller zum 65. Geburtstag. Schulthess, 1989. S. 549.

Однако подобные ограничительные меры в контексте международного частного права следует квалифицировать в качестве сверхимперативных норм, механизм действия которых не зависит от соглашений сторон о выборе применимого права, в том числе от условий о цементировании применимого права.

В этой связи, с нашей точки зрения, в большинстве случаев будут отсутствовать причины, которые с необходимой степенью убедительности обосновывали бы невозможность условий о цементировании применимого права – во всяком случае, если речь идет о договорах между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность.

Признание того, что в отношении договоров между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, отсутствуют весомые доводы в пользу недопустимости условий о цементировании права, находит достаточно широкую поддержку в иностранной литературе . Данный подход заслуживает поддержки.

Одновременно следует согласиться с тем, что в большинстве случаев даже применение механизма инкорпорации принесет желаемый результат, поскольку новые императивные нормы, не преследующие цель срочной защиты публичных интересов, крайне редко будут вводиться законодателями с обратной силой.

——————————–

Vischer Fr.  des Vetragsstatuts und ihre Folgen. Р. 551 – 553; Vischer Fr. General Course on Private International Law. P. 139 – 140; Nygh P. Autonomy in International Contracts. P.

65 – 66;  Kommentar zum IPRG. Kommentar zum Bundesgesetz  das Internationale Privatrecht (IPRG) vom 18. Dezember 1987. S. 1215; Honsell H., Vogt N., Schnyder A., Berti St. A.a.O. S. 829; Vischer Fr., Huber L.

, Oser D. A.a.O. S. 75 – 76.

Читайте также:  Вс решал, как считать стоимость горячей воды

В любом случае невозможно согласиться с теми авторами, которые считают, что условие о цементировании определенного применимого права делает соглашение о выборе применимого права полностью недействительным и имеет своим следствием обращение к объективным коллизионным нормам . В любом случае следует исходить из того, что стороны прямо выраженным или подразумеваемым образом выразили свою волю на применение четко определенного правопорядка, а поэтому следует исключить обращение к объективному договорному статуту.

——————————–

Так, В.Л. Толстых полагает, что последствием цементирования применимого права “является автоматическое “включение” ординарной коллизионной нормы” (Толстых В.Л. Международное частное право: коллизионное регулирование. С. 125).

Таким образом, следует сделать вывод о допустимости условия о фиксации состояния применимого права в определенный момент времени (“цементирование права”) в соглашениях между частными лицами, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Содержание

No votes yet.

Please wait…

Источник: http://narodirossii.ru/?p=3087

Конвенция или Конституция? Международное право и пределы государственного суверенитета

(Будылин С. В.) («Закон», 2013, N 12) Текст документа

КОНВЕНЦИЯ ИЛИ КОНСТИТУЦИЯ? МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО И ПРЕДЕЛЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО СУВЕРЕНИТЕТА

С. В. БУДЫЛИН

Будылин Сергей Львович, старший юрист Roche & Duffay.

Автор рассматривает один из наиболее больных вопросов на стыке конституционного и международного права, на который не только Россия, но и ряд стран Европы до сих пор не могут найти ответ. Что имеет больший приоритет: нормы международных договоров или конституции? На основе анализа ряда дел, в которых возникал подобный конфликт, в настоящей статье предлагается разумный способ его разрешения.

Ключевые слова: Конституция, международное право, международные соглашения, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод, ЕСПЧ.

В последнее время в российской юридической общественности все чаще вспыхивает жаркая дискуссия о том, какие нормы имеют приоритет: Конституции или международных соглашений? Какие из них действуют в случае конфликта (именно в этом смысле мы будем употреблять термин «приоритет»)? Ответ на этот вопрос не вполне очевиден, поскольку формулировки самой Конституции допускают различные толкования. Между тем проблема эта не сугубо академическая: уже не раз решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) и Конституционного Суда РФ по аналогичным вопросам существенно отличались, а иногда и явно противоречили друг другу. Особенную остроту эти споры приобрели после вынесения постановлений ЕСПЧ по делам Маркина и Анчугова-Гладкова. Очевидно, что сегодня и российским судам, и федеральному законодателю необходимо четко определить для себя, как поступать в подобных ситуациях и на чью правовую позицию опираться.

Суть проблемы

Прежде всего рассмотрим формулировки самой Конституции РФ, а именно ст. 15. С одной стороны, в п. 1 этой статьи установлено: «Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации.

Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации» . С другой стороны, в п.

4 зафиксировано, что нормы международных договоров имеют приоритет над национальным законом: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора» . ——————————— Часть 1 ст. 15 Конституции РФ. Часть 4 ст. 15 Конституции РФ.

Источник: http://center-bereg.ru/o235.html

Меняется ли со временем смысл понятия «честь»? | Литерагуру

Сегодня понятие «честь» для большинства людей стало отвлеченным. То, что под ним скрывается, уже не очевидно. В далеком прошлом ее берегли смолоду, защищали на дуэлях и всячески оберегали от посягательств.

Она подразумевала доблесть, доброе имя, честность, и никому и в голову не могло прийти спросить, что это такое. Теперь мы с трудом понимаем, как можно отдать за нее жизнь.

«Честь» — то ли что-то по женской части, то ли правдивость, а то и гордость, завуалированная и облагороженная. Поэтому я считаю, что в определенном смысле оно устарело.

Чтобы подкрепить эту позицию аргументами, приведу пример из классического произведения Лермонтова «Песня про купца Калашникова». Молодой купец идет на смертный бой с фаворитом царя Кирибеевичем. Бессовестный опричник опозорил его жену. Муж пошел отстаивать ее честь, зная, что может и не вернуться.

В честном поединке Калашников убивает врага, но царь его победой не доволен. Он спрашивает, за что он умертвил Кирибеевича, однако купец бережет честь супруги и не выдает тайну. Тогда монарх приговаривает его к смерти за преднамеренное убийство. Даже плаха не заставила Калашникова поступиться честью.

Значит, были времена, когда за доброе имя жены муж был готов бороться до конца.

Почему же «были»? Да потому, что сейчас все по-другому. Интересно проследить, как изменилась человеческая жизнь с утратой понятия «честь», как мерила нравственной чистоты. В романе Пастернака «Доктор Живаго» главные герои уже не спешат бороться за жен. Времена изменились, персонажи рассыпались и перемешались в сутолоке гражданской войны.

Мужчины устали воевать, им уже не до кулачных боев, женщины стали свободнее и самостоятельнее, а отношения между ними окончательно запутались. Юрий Живаго жил с тремя женщинами: жене он сам изменил, а она в ответ уехала и дала ему жить по своему разумению. Лару, свою любовь, он отпустил с человеком, который когда-то развратил ее.

С ними уехала и его дочка. Марину он уже не любил, а двое детей сами собой получились. Когда Юрий все-таки встретился с мужем Лары, ни о какой чести речь уже не шла. Стрельников сам застрелился от усталости и разочарования.

В этом романе, который написан спустя столетие после «Песни про купца Калашникова», человеческие отношения так изменились, что от былой нравственности не осталось и следа.

Люди нового времени уже не знают, что такое честь, потому что им уже не до нравственной щепетильности. Надо как-то выжить в этом жестоком и сложном мире, поэтому приходится забыть о чести, дабы лишний раз себя не травмировать.

Источник: https://LiteraGuru.ru/menyaetsya-li-so-vremenem-smysl-ponyatiya-chest/

Ссылка на основную публикацию