Большинство россиян поддерживает наказание за лайки и репосты‍

Более половины россиян поддерживают наказание за лайки и репосты

55% россиян уверены, что пользователи социальных сетей должны нести ответственность за публикации и репосты материалов

Ярослав Чингаев / для Ведомостей

55% россиян уверены, что пользователи социальных сетей должны нести ответственность не только за публикацию, но и за репосты материалов, которые считаются экстремистскими или оскорбляющими чувства верующих.

Об этом свидетельствуют результаты опроса фонда «Общественное мнение» (ФОМ). Треть из тех, кто одобряет эту идею, полагают, что за репост нужно наказывать так же, как и за авторство материала.

Свою позицию многие респонденты объясняли тем, что репост – это распространение информации, которая приносит обществу вред и расшатывает его. Против серьезного наказания за репосты выступили 23%, остальные затруднились с ответом.

При этом только 36% опрошенных встречали в СМИ сообщения об уголовных делах за лайки и репосты, а 43% считают, что такие дела возбуждаются необоснованно (противоположной точки зрения придерживается 31%).

Каждый третий респондент (36%) признался, что не пользуется соцсетями. Среди остальных 64% половина отметили, что сталкивались с обидными или похожими на экстремистские постами, но в полицию не обращались.

При этом 8% респондентов признались, что уже отказывались делать публикации в соцсетях из-за опасений перед правоохранительными органами. Самый высокий процент осторожных – среди пользователей Telegram (24%).

Значительная часть опрошенных лишь из самого вопроса узнавала о возможности возбуждения уголовного дела за публикацию в соцсетях текстов или картинок, которые правоохранительные органы признают экстремистскими, подтверждает аналитик ФОМа Ирина Осипова. Фактически их мнение можно считать реакцией на слова «экстремизм» и «оскорбление чувств верующих».

Среди тех, кто что-то о таких делах слышал, 54% считают, что люди должны нести ответственность за репост. Среди тех, кто не осведомлен о подобных историях, соотношение другое – 57% за наказание и 19% против. Впрочем, во всех случаях респонденты оценивают скорее теоретическую угрозу экстремизма, а не реальные дела.

И вряд ли на такую оценку следует полагаться как на постоянно действующий фактор, предупреждает Осипова.

Социолог «Левада-центра» Денис Волков не удивлен: подобный результат давали исследования на схожие темы, отмечает он. Так, в 2017 г.

исследование «Левады» показало, что большинство россиян выступают за блокировку Telegram (в том числе и пользователи мессенджера), а еще раньше респонденты поддержали необходимость цензуры в интернете.

Это тренд, который постоянно проявляется во многих замерах, – социолог объясняет это тем, что многие переоценивают существующие угрозы, а государство умело на их опасениях играет. В итоге государство воспринимается как не самый эффективный, но единственный защитник.

При этом граждане не видят большого ущерба в том, что кого-то «лишнего» посадят, рассуждает Волков: переоценка реальности случается, только когда они сами сталкиваются с подобной несправедливостью.

Еще несколько лет назад можно было с уверенностью сказать, что под уголовное преследование за лайки и репосты подпадают в основном местные активисты, говорит директор информационно-аналитического центра «Сова» Александр Верховский.

Но теперь маховик репрессивной машины раскрутился настолько, что подобные дела возбуждаются уже против обычных людей.

Поскольку они понятия не имеют, как выглядят экстремистские материалы, им трудно предположить, что понравившаяся картинка может оказаться уголовно наказуемой.-

Источник: https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2018/08/30/779521-nakazanie-za-laiki-i-reposti

Более половины россиян поддерживают уголовное наказание за лайки и репосты

Аналитики фонда «Общественное мнение» (ФОМ) выяснили, что 55% россиян одобряют идею уголовного наказания за публикации в соцсетях, а также считают, что за репосты россиянин должен нести такую же ответственность, как и за свой собственный материал.

Более того, по мнению респондентов общероссийского опроса — репост является источником распространения информации и он может расшатывать общество и тем самым вредить ему. Именно поэтому публикации, которые считаются экстремистскими или оскорбляющими чувства верующих, должны относится к ряду уголовных преступлений.

14% опрошенных заметили, что в последнее время правоохранительные органы стали чаще возбуждать уголовные дела за публикации в соцсетях. 2% из них считают, что это лишь факт отсутствия демократии в стране, ограничение свободы слова, а также намеренное запугивание людей.

Хотя ещё 2% отметили, что Россия нуждается в контроле над соцсетями и наведении в них порядка.

Интересно и то, что 31% опрошенных абсолютно согласны с текущим положением дел в стране, когда за публикации в соцсетях на людей заводят уголовные дела по статьям 282 и 148 Уголовного кодекса.

Всего лишь 23% являются противниками уголовного наказания, а 43% уверены, что такие дела заводятся необоснованно.

Правда, только 36% респондентов вообще хотя бы раз слышали про уголовные дела за лайки и репосты — столько же соцсетями не пользуются вообще, а треть россиян ни разу не слышало новостей о подобной практике.

Стоит отметить, что 8% россиян намеренно отказывались от той или иной публикации из-за страха возможного преследования со стороны правоохранительных органов.

Хотя не секрет, что существует практика «доносов» и 50% респондентов заявили, что видели в соцсетях посты экстремистского содержания, но из-за этого в полицию не обращались.

Денис Волков, социолог «Левада-центра», отметил, что подобный результат исследований на тему Интернета можно было наблюдать и раньше.

Он напомнил, что однажды большинство россиян высказывались за блокировку Telegram, а до этого — за цензуру в Интернете.

Опрос фонда «Общественное мнение» проходил среди граждан Российской Федерации, которые старше 18 лет. В нём приняло участие 1500 респондентов из 104 населённых пункта и 53 субъектов.

Напомним, в конце июня текущего года в Госдуму были внесены два законопроекта о декриминализации ответственности за лайки и репосты сообщений, разжигающих ненависть или вражду.

Инициаторы поправок считают необходимым устанавливать уголовную ответственность по статье 282 только в случае действий с «применением насилия или угрозой его применения».

Подписывайтесь на «Код Дурова» в Telegram и во «ВКонтакте», чтобы всегда быть в курсе интересных новостей!

Подписывайтесь на «Код Дурова» в Telegram и во «ВКонтакте», чтобы всегда быть в курсе интересных новостей!

Источник: https://kod.ru/bolshe-polovini-rossian-podderzhivayut-ugolovku-za-posty/

«Кого надо — привлечем»

В России всерьез обсуждают смягчение «экстремистских» статей, в частности — отмену уголовной ответственности за лайки и репосты в соцсетях. Оно и не удивительно, ведь эту тему во время прямой линии президента поднял Владимир Путин. Одно из предложений — заменить уголовную ответственность на административную за первое нарушение закона.

Такие изменения уже обсуждают в Госдуме. А глава управления по противодействию экстремизму МВД России Владимир Макаров заявил, что сажать людей за лайки и репосты нельзя, если в их действиях нет злого умысла. Пока же сетевым экстремистом можно стать без всякого умысла, для этого и лайкать ничего не надо. «Лента.

ру» пообщалась с людьми, которых отправили под суд из-за их активности в соцсетях.

«Я до сих пор не понимаю, почему они выбрали меня»

Евгений Корт, Зеленоград. На момент возбуждения уголовного дела был выпускником колледжа, поступал в Московский лингвистический университет. В 2016 году был приговорен к году колонии-поселения за картинку с Тесаком, которую он сохранил у себя в альбоме «ВКонтакте»; позже приговор был изменен на штраф в размере 200 тысяч рублей:

Если был бы такой рейтинг, то я занял бы одно из первых мест, как крайне законопослушный человек. Бывал и понятым, и вместе с другом спас жизнь человеку, когда он ночью лежал с ножевым ранением, и мы на него натолкнулись. Я ни разу не привлекался, даже административно.

Но случилось так, что в апреле 2016 года, когда я проснулся и готовил себе завтрак, ко мне в дверь постучались полицейские. Я увидел в глазок очень много людей.

Я открыл им, сначала не понимал, что происходит, но они сразу сказали, что в отношении меня возбуждено уголовное дело и начали проводить обыск.

Я сразу попытался позвонить брату, мне казали — «а ну быстро положь телефон!» и вообще действовали пипец жестко.

Когда пришел мой брат, а меня увезли в следственный отдел, его стали допрашивать. Он был после тяжелой аварии, перенес серьезную черепно-мозговую травму, и вообще во всем, что касается юридических моментов — полный ноль.

Читайте также:  Раздел имущества сожителей в гражданском браке

Он даже не читал документы, которые ему дали, и подписал их. Там такой [******] был написан! Например, что я несколько раз говорил, что во мне течет кровь Гитлера. На суде он, конечно, сказал, что такого не было.

Но суд, по-моему, отказался учитывать его слова.

Звучит как бред? А если я вам скажу, что прокурор на суде зачитал даже мой статус во «ВКонтакте» — а-ля «Продам гараж»?

Но до суда еще было далеко. Меня повезли в следственный отдел и даже не говорили, что за дело возбуждено. Потом, мол, узнаешь. Уже в отделе дали несколько распечатанных документов, в которых были мои «сохраненки». Мне объясняют: вот, смотрите.

И там картинка, на которой Тесак (националист и лидер запрещенной в России организации «Реструкт» Максим Марцинкевич, — прим. «Лента.ру») держит человека в костюме Пушкина за грудки. «Из-за вот этого вы возбудили уголовное дело?!» — спросил я.

Мне на полном серьезе ответили — «да».

Очень важно, что у меня был даже не репост, а сохраненная картинка. Именно после моего дела «ВКонтакте» закрыли альбомы с сохраненными изображениями по умолчанию. Вряд ли это совпадение.

Закон «О противодействии экстремистской деятельности» дает достаточно широкое понятие экстремизма. Лайками и репостами в соцсетях можно получить обвинения по следующим пунктам:

— публичное оправдание терроризма;— возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;— пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;— пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения;

— публичные призывы к осуществлению указанных действий либо распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения;

У меня спрашивали — как я отношусь к нацизму, к Тесаку. В СМИ потом писали, что я симпатизирую нацизму и фашизму, что я играю в World of Tanks за Вермахт. Но на самом деле я просто сохранял к себе в альбом картинки.

Там были и солдаты Вермахта, и я не вижу в этом ничего плохого. К самому нацизму я отношусь отвратительно — это убийство людей, это война. Если кто-то считает меня фашистом или нацистом из-за того, что я сохранял картинки — пусть думают, что хотят.

Я же не постил свастоны, призывы какие-то, не реабилитировал фашизм?

Мне помогли нанять очень хорошего адвоката, который ознакомился с делом и сказал, что никакого приговора, кроме оправдательного, быть не может.

Мне стало полегче, и я до последнего не верил, что может быть реальный срок, даже когда обвинитель попросила два года лишения свободы.

Почти никакие мои ходатайства не принимались, и адвокат что-то, видимо, понял, и сказал — ко дню приговора привлекать СМИ.

Судья зачитывал приговор очень быстро. Я все еще думал, что максимум будет условный срок, и я это переживу. Услышал «один год». Не услышал «условно». Я переспросил. Этот момент я запомнил на всю жизнь.

«Евгений, вам назначен один год заключения с отбыванием в колонии-поселении». За картинку в интернете год колонии? Это была полная жесть.

Я понимал, что могу сейчас отправиться на зону, но ведь я ни тогда, ни сейчас не считал себя виновным.

Когда пошли новости о приговоре, мне писали многие друзья — не верили, что такое возможно. Через два месяца после апелляции мне изменили приговор на 200 тысяч штрафа, которые помогли выплатить «Открытая Россия» и неравнодушные люди.

Еще в самом начале, когда меня привезли в прокуратуру Зеленограда, там был прокурор, который мне говорил очень серьезным тоном, «чего ты фигней какой-то занимаешься, офигел что-ли?» А потом, когда я появился на «Первом канале», и там депутат от КПРФ Сергей Шаргунов обещал сделать запрос, прокуратура Зеленограда выслала апелляционное постановление, в котором говорилось, что они сами выявили какие-то нарушения, и вообще, год колонии — слишком сурово. Вот это все одна и та же прокуратура.

Прошло уже два года, и я до сих пор не понимаю, почему они выбрали меня. Первые день-два после приговора были самыми жесткими. Давление скакало и так далее. Я хотел поступать в очень хороший университет в Москве, сдал туда экзамены, но, видимо, из-за этой ситуации меня не приняли. Вот, что самое обидное. Не считая, что я год жизни потратил на все эти экспертизы, допросы и суды.

«Надо было меня привлечь»

Юрий Иванов, адвокат, Чебоксары. В 2018 году был оштрафован на 1000 рублей за то, что в 2014 году сделал во «ВКонтакте» репост статьи портала «Православие и Мир» — «Вторая мировая. Первые залпы», в иллюстрациях к которой была карикатура на Гитлера со свастикой (сейчас она заретуширована):

В январе 2018 года, а именно тогда на моей стене в ВК был найден репост трехлетней давности, я работал по договору в штабе Навального.

Конечно же работа в штабе подразумевала определенный риск, однако именно эту публикацию, которую я репостнул 1 сентября 2014 года, я никак не рассматривал, как возможный повод для привлечения к административной ответственности.

Ну, во-первых, я давным-давно забыл про нее, во-вторых, материал был размещен на портале «Православие и мир», который не относится к так называемым оппозиционным СМИ, и никаких дискуссий в инете этот материал не вызывал. Обычный текст к дате.

Кстати, он до сих пор вполне спокойно висит на портале.

Обнаружили репост статьи оперативники ФСБ.

Ну тут два варианта: либо они целенаправленно искали что-то подходящее на моей странице в ВК, чтобы привлечь сотрудника штаба Навального, либо постоянно мониторили страницу и отмечали подходящие им материалы, чтобы в нужный момент использовать их. Учитывая, что я довольно активно репостил в ВК, операм пришлось посидеть пару деньков, чтобы что-то накопать на меня.

В общем, где-то 30 января мне позвонил помощник прокурора и сказал, что имеется на меня материал из ФСБ, и мне надо подойти дать объяснения. Я сходил, посмотрел скрин публикации, чтобы хоть понять, о чем вообще речь.

Написал пояснения по факту, где указал уже на юридическую несостоятельность претензий. Прокурорский взял паузу на неделю, чтобы посоветоваться со старшими товарищами. Они дополнительно к позиции начальства, учитывали, что я адвокат, думаю, «прощупывали», пройдет ли дело через суд.

Разумеется, «простого» гражданина по такому делу отправили бы в суд на следующий день.

Ровно через неделю этот же помощник прокурора позвонил мне и сообщил, что все же решено дело направить в суд, чему я конечно же не удивился.

9 февраля дело рассматривалось в районном суде. На все про все — ушло около получаса, судья спешил и нервничал, когда я заявлял ходатайство.

В общем, недолго побыв в совещательной комнате, огласил — штраф 1000 рублей.

Постановление я обжаловал, но его, разумеется, оставили в силе, хотя на момент «совершения» действовала более мягкая норма этой статьи, а место «совершения» установлено не было.

По большому счету лично я никаких последствий не ощутил, за исключением того, что один год буду считаться административно привлеченным, но это меня никак не напрягает.

А вот сама тенденция, конечно же, крайне неприятная, и иначе, как попытка власти заставить людей замолчать, рассматриваться не может.

Конечно, политических активистов это не остановит, а вот люди из категории «неравнодушных», которые привыкли реагировать на события, высказывать свои мнения, они, конечно же, стали осторожнее. Но большинства населения эти меры не коснулись.

Читайте также:  Сша объявят новые санкции против россии

Они либо не постят ничего, что могло бы повлечь 20.3 КоАП, либо попросту не знают об ответственности за перепосты.

Сейчас в МВД говорят, что они против ответственности за репосты. Но здесь позиция неоднозначная.

Руководству МВД, которое отвечает не только за борьбу с «экстремизмом», наверное, действительно нет резона, чтобы сотрудники «вздували» показатели в отчетности таким путем, требовали расширения штатов, выделения средств и т.д.

Ведь МВД надо и остальными преступлениями заниматься. А вот непосредственным исполнителям — «эшным» операм и их непосредственному начальству — эта практика очень выгодна — быстро, без беготни и усилий можно срубить «палки».

Поэтому к заявлению Макарова из ГУ по противодействию экстремизму я отношусь с большой долей скепсиса.

Думаю, что ситуация в ближайшем будущем не изменится, потому что позволяет бороться с инакомыслящими, причем делать это избирательно — кого надо привлечем, а если человечек нам неинтересен — то и не будем.

Автора упомянутой выше статьи никто же не привлек и статью не потребовали удалить, значит, дело-то не в статье, а в том, что надо было меня привлечь.
Поэтому ситуация может измениться только тогда, когда у власти не будет необходимости в репрессиях, а когда это наступит — одному Богу известно.

«Жизнь моя изменилась»

Екатерина Вологженинова, мать-одиночка, Екатеринбург. В 2016 году была приговорена к 320 часам исправительных работ за репосты и лайки проукраинских текстов и картинок:

Я, конечно, сразу поняла, что все серьезно, и очень. Когда еще происходил обыск, и меня отвезли на допрос в следственное управление, я поняла, что жизнь моя изменилась, и прежней уже не будет.

Следователи, которые занимались моим делом, были похожи скорее на исполнителей, понимающих весь абсурд дела, но над ними довлели силы тех, кто спустил это сверху. Скорее всего, ФСБ. Кто-то был косвенно заинтересован в погонах и звездочках, в положительной отчетности по делам об экстремизме.

О каких разговорах с ними может идти речь? Что им сказать? Они ж винтики в системе. А тех, кто выше них стоит, сломанные судьбы не волнуют. У нас в стране миллионы людей сгноили в лагерях. О чем вы?!

Поэтому и о возможности смягчения наказания думаю со скепсисом. Сейчас только все ужесточают.

Жизнь моя входит в прежнее русло, но очень медленно и болезненно. Больше всего эти события повлияли на возможность трудоустройства. Судимость, все же.

Очень помогла поддержка, которая шла отовсюду — незнакомые люди писали, слали подарки. В общем, было такое чувство, что поднялась вся страна, и хороших людей в ней больше, чем плохих. Дело, конечно, повлияло на отношение людей ко мне. Настоящие друзья как были, так и остались рядом. Друзья-однодневки испарились. В принципе я встретила больше сочувствия, чем осуждения и от незнакомых людей.

Все, что произошло со мной, конечно же, меня изменило. Вырастило, закалило и заложило какие-то духовные стержни, что-ли… Наверно, Бог сам выбрал мне такую стезю. О том, что со мной произошло, я собираюсь написать книгу.

***

За последние шесть лет приговоров за экстремизм в России стало в четыре раза больше. В 2017 году по экстремистским статьям к ответственности привлекли 604 человека.

Причем это официальная статистика судебного департамента при Верховном суде. Однако правозащитники уверены, что эта цифра серьезно занижена.

Как минимум в нее не вошли люди, получившие судимости за оскорбление чувств верующих, пропаганду терроризма и реабилитацию нацизма.

Более половины осужденных за экстремизм — это молодые люди до 25 лет, среди которых националисты, люди проукраинских взглядов и исламисты.

В МВД не скрывают, что в борьбе оперативников с экстремистами случаются ошибки, однако, как заявлял замначальника профильного управления МВД России Макаров, «эти ошибки — небольшая доля».

В информационно-аналитическом центре «Сова» считают, что в 2017 году 26 приговоров по экстремистским статьям были вынесены неправомерно, от них в общей сложности пострадали 47 человек.

Владимир Шумаков

Источник: https://lenta.ru/articles/2018/07/24/likeshare/

Депутаты поддержали идею смягчить наказание за лайки и репосты

Полпред президента в Госдуме Гарри Минх напомнил депутатам, что тема поднималась во время «Прямой линии» летом этого года. Владимир Путин заявил, что с незаконными призывами, направленными на разжигание вражды, надо бороться. Но правоприменительная практика показывает, что необходимо вносить изменения в законодательство.

Генпрокуратура: За репосты уголовные дела есть, за лайки — ни одного

В связи с этим глава государства, внеся пакет законопроектов, предложил смягчить статью 282 Уголовного кодекса «за экстремизм».

Речь о публикации информации, направленной на возбуждение ненависти или вражды, а также на унижение достоинства человека или группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе.

Согласно законопроектам, если сообщение с такой информацией опубликовано однократно, то устанавливается административная ответственность.

Сейчас это уголовное наказание — вплоть до лишения свободы, напомнил Минх.

Теперь нельзя будет возбуждать уголовное дело в отношении людей, впервые преступивших закон, если деяние «не представляло серьезной угрозы для основ конституционного строя и безопасности государства».

Гражданина оштрафуют на сумму от 10 тыс. до 20 тыс. рублей, либо ему грозят обязательные работы до 100 часов или административный арест до 15 суток. Для юрлиц устанавливается штраф от 250 до 500 тыс. рублей. Дела об указанных административных правонарушениях будут возбуждать прокуроры с последующим рассмотрением судами.

Если же в течение одного года наказанный совершит аналогичное деяние повторно, то последует уже уголовная ответственность. Ее возможность сохраняется и при первом нарушении, если действовала организованная группа, использовалось служебное положение.

Полпред президента также отметил, что поправки связаны с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 сентября 2018 года: суд решил, что при рассмотрении подобных дел надо опираться на степень общественной опасности.

Спикер Госдумы Вячеслав Володин в комментарии журналистам назвал принятие этих поправок «примером для наших зарубежных коллег, у которых действуют более жесткие санкции за неосторожные публикации в социальных сетях».

По его словам, инициатива позволит исключить случаи, когда за публикацию в интернете человек мог получить реальный уголовный срок. «Если это произошло впервые, то в качестве наказания будет штраф», — отметил он. Володин напомнил, что предложений на эту темы было много, однако глава государства в итоге выбрал такой вариант решения вопроса, который поддержали все политические фракции Госдумы.

Председатель комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи Леонид Левин выразил надежду, что принятие президентского пакета прекратит проблемную практику привлечения граждан к уголовной ответственности за лайки и репосты. По его оценке, «широкая дискуссия, развернувшаяся в обществе, встретила неготовность различных органов исполнительной власти прийти к консенсусу, что, очевидно, не осталось без внимания первого лица государства».

«Российское законодательство будет и далее совершенствоваться в направлении, указанном президентом», — выразил надежду Левин.

ВС постановил: при рассмотрении дел о репостах нужно доказать злой умысел

Профильный комитет по госстроительству и законодательству поддержал поправки в связи с отсутствием серьезной угрозы для национальной безопасности от данных действий пользователей. Глава комитета Павел Крашенинников пояснил, что не во всех случаях привлечение к уголовной ответственности являлось обоснованным. В ряде случаев недостаточно исследовался умысел и мотив лица, размещающего информацию экстремистского характера.

Нормы, сказал он депутатам, будут иметь обратную силу: существующие уголовные дела будут прекращены, а приговоры суда пересмотрены. Если был «букет» статей, включающих и 282-ую, то и эти приговоры подлежат пересмотру.

Проект планируется рассмотреть во втором, третьем чтениях в декабре, с тем чтобы к концу года этот закон заработал уже юридически полностью, заявил Крашенинников журналистам. Однако полная амнистия по экстремистским статьям УК РФ проводиться не должна, уверен глава комитета.

«Говорить о том, чтобы полностью амнистировать всех, кто занимается экстремистской деятельностью, я бы не стал. Мы знаем, что терроризм начинается с экстремизма», — сказал Крашенинников, реагируя на предложение депутата от КПРФ Сергея Шаргунова.

Читайте также:  Число страховых случаев в банках снизилось вдвое за год

«И так все дела, которые есть, будут прекращены, а это гораздо важнее. В какой-то мере здесь что-то близкое с амнистией», — сказал Крашенинников.

Источник: https://rg.ru/2018/11/15/deputaty-podderzhali-ideiu-smiagchit-nakazanie-za-lajki-i-reposty.html

Роковая 282-я: как россиян начали сажать за лайки и репосты — МК

Дума создала экстремисткую «дубину», а силовики начали ей активно «махать»

26.08.2018 в 19:04, просмотров: 18740

В истории «посадок за репосты» показательно абсолютно все: и то, как Дума традиционно не подумала и выстругала законодательную дубину, и то, как дубиной этой размахались силовики, и то, как на это отреагировало и реагирует общество. И даже то, как теперь парламент, после недвусмысленного намека сверху, силится исправиться.

«МК» попытался проанализировать ситуацию, собрать все, как сейчас модно выражаться, в один кейс и понять: станет ли в Интернете полегче дышать, а главное, как и когда это случится.

Статья 282 УК РФ. Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства

1.

Действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично или с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», —

наказываются штрафом в размере от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до трех лет, либо принудительными работами на срок от одного года до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет, либо лишением свободы на срок от двух до пяти лет.

2. Те же деяния, совершенные:

а) с применением насилия или с угрозой его применения;

б) лицом с использованием своего служебного положения;

в) организованной группой, — наказываются штрафом в размере от трехсот тысяч до шестисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до трех лет, либо принудительными работами на срок от двух до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет, либо лишением свободы на срок от трех до шести лет.

Немного истории и еще меньше законотворчества

Пунктом, касающимся интернет-экстремизма, 282‑я статья «приросла» не сразу.

Первое чтение депутатами Государственной Думы новых поправок состоялось 3 июля 2013 года. На заседании выступил заместитель министра внутренних дел Игорь Зубов. Он отметил нарастание в стране проявлений экстремизма, рост числа радикальных группировок, исповедующих идеологию национальной, расовой и религиозной нетерпимости и совершающих на этой почве преступления.

И заявил, что правовой арсенал противодействия экстремизму недостаточен, а обсуждаемый законопроект «в значительной степени устраняет эти пробелы». Вот один из таких пробелов: «В законопроекте усиливается уголовная ответственность за совершение преступлений экстремистской направленности с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть Интернет».

Член думского комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Отари Аршба (в Думе нынешнего созыва он возглавляет комиссию по этике) тогда отметил: «Комитетом законопроект был рассмотрен давно, у нас есть замечания: необходимо дать правоохранителям и правоприменителям четкий инструмент, который исключил бы возможность широкого толкования этого закона. Законопроект будет доработан ко второму чтению, а сейчас комитет рекомендует его принять в первом чтении».

Источник: https://www.mk.ru/politics/2018/08/26/rokovaya-282ya-kak-rossiyan-nachinali-sazhat-za-layki-i-reposty.html

Уголовное наказание за мемы и репосты предлагают отменить. Как это хотят сделать и кто уже поддержал инициативу

В Госдуме ожидает первого чтения законопроект, подготовленный депутатами Сергеем Шаргуновым (КПРФ) и Алексеем Журавлевым («Родина»).

Они предлагают наказывать по статье 282 УК только за действия с применением насилия (или угрозой насилия), использованием служебного положения или организованной группой.

За «экстремистские» высказывания в интернете депутаты предложили наказывать по новой административной статье «Пропаганда ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства» с максимальной санкцией в виде ареста на 15 суток.

Оскорбление чувств верующих

Как предлагают изменить статью

В начале 2018 года коммунист Олег Смолин внес законопроект о частичной декриминализации оскорбления чувств верующих. Он предложил наказывать только тех, кто непосредственно мешает религиозным обрядам, собраниям или церемониям. Совет по правам человека при президенте дополнительно предложил наказывать за оскорбления религиозных чувств в других ситуациях по административной статье.

Кто поддержал декриминализацию

РПЦ (глава отдела внешних церковных связей МП митрополит Волоколамский Иларион): «Конечно, уголовное наказание просто за репост — это чрезмерная мера и, я думаю, что решение Госдумы в данном случае правильное. Тем более что очень часто репостами занимаются лица несовершеннолетние, молодые, которые делают это, не подумав о последствиях своих действий».

Совет Федерации (спикер Валентина Матвиенко): «Во всем нужно чувство меры — нельзя завалиться ни в одну, ни в другую сторону. Любые перегибы очень вредны и малоэффективны. Поэтому я думаю, что этот вопрос нужно обсуждать, надо гуманизировать, надо уточнить юридически, чтобы не допускать как бы в благом деле, но искривления ситуации».

Уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова: «Я поддерживаю идею либерализации этой статьи [282 УК]. Я считаю, что нам важно не расширять искусственно количество людей с судимостью, потому что это в корне меняет жизнь людей».

Совет по правам человека при президенте: «Таким образом, можно будет сформировать правовую конструкцию, аналогичную разграничению административно-наказуемого и уголовно-наказуемого хулиганства». СПЧ опирается на предложения международной правозащитной группы «Агора» и центра «Сова».

Минкомсвязи (замглавы ведомства Алексей Волин): «Мы дали свое одобрение на текст этого законопроекта».

Mail.ru Group (владелец «ВКонтакте»): «Амнистия должна применяться к осужденным за экстремизм и распространение информации и другую активность в соцсетях (в том числе лайки, репосты, публикации изображений) в случаях, если такие действия не имели общественно опасных последствий».

Кто против декриминализации

Правительство России (в отзывах на законопроекты в 2017 году): «Введение в УК статьи 282 является реализацией конституционного принципа, гарантирующего равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от расы, национальности, отношения к религии и не допускающего пропаганду и агитацию, нарушающих это равенство. Публичные действия, выражающие явное неуважение к обществу и совершенные в целях оскорбления религиозных чувств верующих, должны оставаться под уголовно-правовым запретом вне зависимости от места и обстоятельств их совершения (действующая редакция части первой статьи 148 УК)».

Верховный суд (в отзывах на законопроекты в 2017 году): «Предложения, содержащиеся в законопроекте [о декриминализации статьи 282 УК], не в полной мере согласуются с подходом законодателя к вопросу об установлении уголовной ответственности за действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». В начале 2018 года глава ВС Вячеслав Лебедев отметил, что «коллегия обсуждает этот вопрос».

Большинство россиян (по данным опроса института общественного мнения «Анкетолог»): 59% опрошенных сказали, что уголовное преследование за экстремизм в соцсетях оправдано.

Позиция Кремля

Владимир Путин: «С одной стороны, заслон нужно поставить экстремизму, что, безусловно, отвечает интересам подавляющего большинства общества.

Ну кто же будет спорить с тем, что нужно поставить заслон пропаганде суицидов, особенно среди молодежи? Разве кто-то против? Ну конечно нет. Или распространение фашистских каких-то идей.

Разве кто-то против? Да нет конечно. И так далее. Но нужно определиться с понятиями».

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков: «Это не значит, что нужно способствовать распространению какой-то экстремистской или иной информации, но, конечно, нужно оградить граждан от каких-то случаев, которые являются даже не курьезными, а весьма резонансными».

Источник: https://zona.media/article/2018/08/22/282-148

Ссылка на основную публикацию