Верховный суд разобрался, кому принадлежит депозит нотариуса

Денежные средства, внесенные должником на депозитный счет нотариуса и не полученные кредитором в связи с отзывом у банка лицензии на осуществление банковских операций и признанием его банкротом, не подлежат взысканию с нотариуса

Денежные средства, внесенные должником на депозитный счет нотариуса и не полученные кредитором в связи с отзывом у банка лицензии на осуществление банковских операций и признанием его банкротом, не подлежат взысканию с нотариуса при условии соблюдения им требований абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ № 5-В12-3

С. обратился в суд с иском к нотариусу о взыскании денежных средств, переданных на хранение в депозит нотариуса. В обоснование иска указал, что он являлся акционером общества, акции которого были выкуплены другим акционерным обществом.

Согласно заявлению последнего нотариус приняла на хранение в депозит деньги для выдачи акционерам по прилагаемому списку, в том числе и денежные средства для выплаты С. Общество перечислило денежные средства за акции на депозитный счет нотариуса в банке, не известив С. о данном действии. С.

обратился к нотариусу с заявлением о перечислении денежных средств, принятых в депозит нотариуса, на его банковский счет. Нотариусом было вынесено распоряжение о перечислении денежных средств с ее депозитного счета на указанный С.

счет, которое было получено банком в тот же день, однако исполнено не было в связи с отзывом у банка лицензии на осуществление банковских операций и признанием его несостоятельным (банкротом).

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, иск С. удовлетворен.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ удовлетворила надзорную жалобу нотариуса, отменив судебные постановления по следующим основаниям.

Разрешая дело по существу и удовлетворяя исковые требования С., суд первой инстанции руководствовался ст. 17 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате и исходил из вывода о том, что в результате совершенного нотариусом действия по внесению принадлежащих С. денежных средств в депозит нотариуса в банке С.

был причинен ущерб в виде неполучения причитающихся ему денежных средств.

В обоснование такого вывода суд сослался также на то, что нотариус приняла денежные средства и распорядилась ими, передав на депозит банка по своему усмотрению, следовательно, ущерб, причиненный гражданину, связан с нотариальной деятельностью и подлежит взысканию с нотариуса. 

Между тем в соответствии с п. 1 ст.

327 ГК РФ, если обязательство не может быть исполнено должником вследствие: отсутствия кредитора или лица, уполномоченного им принять исполнение, в месте, где обязательство должно быть исполнено; недееспособности кредитора и отсутствия у него представителя; очевидного отсутствия определенности по поводу того, кто является кредитором по обязательству, в частности, в связи со спором по этому поводу между кредитором и другими лицами; уклонения кредитора от принятия исполнения или иной просрочки с его стороны, должник вправе внести причитающиеся с него деньги или ценные бумаги в депозит нотариуса.

Внесение денежной суммы или ценных бумаг в депозит нотариуса считается исполнением обязательства.

Нотариус, в депозит которого внесены деньги или ценные бумаги, извещает об этом кредитора (п. 2 ст. 327 ГК РФ).

Согласно ст. 87 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. N 4462-I нотариус в случаях, предусмотренных гражданским законодательством Российской Федерации, принимает от должника в депозит денежные суммы и ценные бумаги для передачи их кредитору.

О поступлении денежных сумм и ценных бумаг нотариус извещает кредитора и по его требованию выдает ему причитающиеся денежные суммы и ценные бумаги.

В силу ч. 1 ст.

17 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус, занимающийся частной практикой, несет полную имущественную ответственность за вред, причиненный имуществу гражданина или юридического лица в результате совершения нотариального действия, противоречащего законодательству Российской Федерации, или неправомерного отказа в совершении нотариального действия, а также разглашения сведений о совершенных нотариальных действиях.

Вместе с тем лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ).

Поведение нотариуса можно считать противоправным, если он при совершении нотариальных действий нарушил правовые нормы, устанавливающие порядок осуществления нотариальных действий, в результате чего произошло нарушение субъективного права.

Принимая денежные средства должника в депозит нотариуса и размещая их на депозитном счете в банке, имеющем лицензию на осуществление соответствующих банковских операций, нотариус выполняет публично-правовую обязанность в виде нотариального действия, прямо предусмотренного ст. 87 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

С момента внесения денежных средств в кредитное учреждение обязанность по их выдаче несет данное учреждение.

Указанная обязанность сохраняется у кредитного учреждения и при его банкротстве в рамках процедуры удовлетворения требования кредиторов.

На этом основании указанные денежные средства при условии соблюдения нотариусом требований абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ не подлежат взысканию с нотариуса.

Судом установлено, что нотариус своевременно и надлежащим образом исполнила обязанность по извещению кредитора С. о внесении на его имя денежной суммы акционерным обществом в депозит нотариуса. С. нотариусом было направлено извещение по адресу, указанному в реестре акционеров. Данное извещение не было вручено адресату, так как он по указанному адресу не проживает.

Статьей 327 ГК РФ предусмотрена обязанность нотариуса по извещению кредитора о внесении денег в депозит, при этом закон не возлагает на нотариуса обязанности по розыску кредитора.

На дату заключения с нотариусом договора об открытии депозитного счета нотариуса, а также на дату внесения денежных сумм акционерным обществом на данный депозит у банка имелась лицензия на право осуществления банковской деятельности.

Банк был рекомендован в Нотариальном вестнике Федеральной нотариальной палаты как банк, имеющий 10-летний опыт работы с депозитными счетами нотариусов. Оснований полагать, что деятельность банка незаконна, у нотариуса на тот период не имелось. Выдаче денежных средств С.

, находящихся на депозитном счете нотариуса, препятствует проводимая в отношении банка процедура банкротства.

Нотариусом представителю конкурсного управляющего было направлено требование о включении в реестр требований кредиторов банка общей денежной суммы.

Исчерпывающий перечень оснований для привлечения нотариуса к имущественной ответственности содержится в ст. 17 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

Согласно положениям этой статьи для возложения на нотариуса полной имущественной ответственности за вред, причиненный имуществу гражданина или юридического лица в результате совершения нотариального действия, суд должен был установить одно из оснований: совершенное нотариальное действие противоречит законодательству Российской Федерации; нотариус неправомерно отказал в совершении нотариального действия; нотариус разгласил сведения о совершенных нотариальных действиях.

Читайте также:  9-й аас рассказал, когда переуступку долга надо согласовать с фас

Судом таких оснований установлено не было.

Совершенное нотариусом нотариальное действие, выразившееся в принятии от должника в депозит нотариуса денежных средств для передачи их кредитору, не противоречило законодательству, поскольку оно предусмотрено ст. 87 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате и было совершено нотариусом в соответствии с предписаниями этой нормы.

Нотариус не отказывала С. в совершении нотариального действия и не разглашала сведений о совершенном нотариальном действии. С. о поступлении денежных сумм был извещен по адресу, известному нотариусу.

Обязанности нотариуса в связи с принятием денежных сумм в депозит определены ст. 327 ГК РФ, ст.ст. 87, 88 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

В соответствии с указанными нормами нотариус принимает в депозит денежные суммы, извещает кредитора, передает или возвращает из депозита денежные суммы и ценные бумаги.

Закон не возлагает непосредственно на нотариуса обязанность хранения денежных сумм на депозитном счете в банке. Действия нотариуса по принятию от должника денежных средств для кредитора С. в депозит нотариуса в банке соответствовали требованиям закона, в связи с чем оснований для возложения на нотариуса имущественной ответственности и удовлетворения иска С. у суда не имелось.

В соответствии со ст. 23 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате денежные средства, находящиеся на депозитных счетах, не являются доходом нотариуса, занимающегося частной практикой, поэтому нотариус не обязан выплачивать денежные средства кредитору за счет личных средств с последующим возмещением их в порядке регресса.

С учетом изложенного Судебная коллегия приняла новое решение, отказав в удовлетворении иска С., не передавая дело для нового рассмотрения, поскольку судебными инстанциями допущена ошибка в применении и толковании норм материального права.

Определение № 5-В12-3

Консультации, разъяснение судебной практики и представление интересов в суде по тел. 8(926)860-62-79, руководитель судебного департамента Ватутин Вадим Валерьевич

Источник: http://www.sud-v-rf.ru/jurisprudence/19/215

Ответственность нотариуса за деньги, хранящиеся на депозите в банке. Анализ судебной практики

опубликовано: 21.10.2015

Нотариус принял на депозит деньги от компании, потом их потребовалось вернуть. Но банк, в котором был открыт депозитный счет нотариуса обанкротился банкротом и деньги так и не были перечислены ни нотариусу, ни его клиенту.

Основы законодательства Российской Федерации о нотариате устанавливают, что денежные средства, внесенные в депозит нотариуса, не являются доходом нотариуса и не поступают в его собственность. Обращение взыскания на них по долгам нотариуса не допускается.

Соответственно если должник готов расплатиться, но по каким-то причинам не может вернуть его непосредственно кредитору (например, кредитор уклоняется от получения долга, чтобы увеличить проценты за просрочку), то должник может прийти к нотариусу и предоставить деньги, что бы их положили их на депозитный счет. Нотариус открывает счет на имя должника в банке и извещает кредитора, что тот может забрать деньги. С этого момента долг считается погашенным.

Вас может заинтересовать: Взыскание дебиторской задолженности юридических лиц.

Деньги на депозите нотариуса это деньги лица, обратившегося к нотариусу за совершением нотариального действия

Таким образом, законодатель четко дает понять, что деньги на депозите нотариуса – это деньги лица, обратившегося к нотариусу за совершением нотариального действия.

А нотариальные действия совершаются от имени Российской Федерации и являются способом обеспечить в соответствии с Конституцией Российской Федерации защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

Эта деятельность носит «публичный», «государственный» характер, а депозитный счет нотариуса можно сравнить с депозитным счетом суда или судебных приставов.

Но, к сожалению депозитный счет нотариуса не защищен от взысканий по исполнительным листам судебных и налоговых органов. И правомерность таких взысканий приходится выяснять в суде.

Возможно, вас заинтересует: Представительство в арбитражном суде.

Судебная практика по спорам о денежных средствах на депозитном счете нотариуса в обанкротившемся банке

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что средства клиента, находящиеся на открытом нотариусом депозитном счете, не могут быть списаны в погашение долгов нотариуса, так как нотариусу не принадлежат. Нотариус не отвечает за судьбу находящихся на депозите средств, за них отвечает банк.

Нотариус не обязан быть специалистом в финансовых вопросах и его нельзя винить в том, что он поместил депозитный счет в том банке, который впоследствии обанкротился. Если нотариус заведомо не знал о плачевном положении дел в банке, если он вовремя (до банкротства) известил кредитора о возможности получить долг с депозитного счета, претензий к нотариусу быть не может.

Взыскание с нотариуса убытков, с тем, что бы нотариус потом взыскивал свои убытки с банка в порядке регресса, не правомерно. Судебная практика признает, что денежные средства, находящиеся на депозитных счетах, не являются доходом нотариуса, поэтому нотариус не обязан выплачивать денежные средства кредитору за счет личных средств с последующим возмещением их в порядке регресса.

Судебная практика исходит также и из того, что банк, исполнивший документы судебных приставов и суда о списании средств со счета, действовал законопослушно и не может нести ответственность, в том числе и в виде возврата списанных средств.

Должник, передавший полное возмещение долга на депозит нотариуса считается исполнившим свое обязательство. Кто же является пострадавшим? В нотариальном сообществе высказывается мнение, что до тех пор, пока депозиту нотариуса не предоставят особый статус и не будет запрещено списывать находящиеся на нем средства, пострадавшим будет являться кредитор.

Вас могут заинтересовать услуги по банкротству юридических лиц.

Денежные средства размещенные на банковских счетах адвокатов, нотариусов и иных лиц для осуществления профессиональной деятельности не являются застрахованными

Согласно информации, предоставляемой Агентством по страхованию вкладов, не являются застрахованными денежные средства, размещенные на банковских счетах (во вкладах) адвокатов, нотариусов и иных лиц, если такие счета (вклады) открыты для осуществления предусмотренной федеральным законом профессиональной деятельности.

Казалось бы, это положение лишает надежды получить страховку по депозиту нотариуса. Однако, на наш взгляд, под счетами, открытыми для профессиональной деятельности нотариуса в данном случае следует понимать счета, которые обеспечивают хозяйственный оборот нотариальной конторы, то есть те счета, средства на которых принадлежат нотариусу.

Тем не менее, депозитный счет нотариуса достаточно сложно подвести под понятие «вклада» с целью получения его страховой защиты. В случае банкротства банка остается дожидаться расчета с кредиторами в соответствии с установленной очередностью.

А законодателю нужно решить вопрос со статусом депозитного счета нотариуса, с тем, чтобы с одной стороны, не страдали добросовестные лица, с другой, он не превратился в способ укрывательства денежных сумм от правомерного взыскания.

Возможно, вас заинтересует: Абонентское юридическое обслуживание.

Читайте также:  Суд признал незаконным увольнение директора компании за прогул

Если статья была полезна для вас, подпишитесь на наши группы в соц. сетях и порекомендуйте Прайм лигал друзьям и знакомым.

Читайте также

Источник: https://primelegal.ru/analitika/notarius-ne-otvechaet-za-sudbu-nahodjaschihsja-no-deposite-sredstv-za-nih-otvechaet-bank/

Так ли безопасен депозит нотариуса? История Владислава Милевского

Сторонники современной системы нотариата заявляют о высоком уровне защиты клиентов. Ответственность специалистов застрахована, а порядок обслуживания строго регламентирован.

Но так ли стабилен механизм на самом деле? Нотариус Владислав Милевский столкнулся с исключительным случаем. Деньги, принадлежавшие его клиенту и хранившиеся на депозите, оказались потерянными из-за банкротства банка.

В результате разгорелся нешуточный спор, а разбирательства тянуться до сих пор.

И грянул гром…

Крупный строительный холдинг «Центр» перечислил в депозит столичного нотариуса Милевского сумму в 2,71 миллионов рублей. Операция производилась в апреле 2009 года, а деньги предназначались бывшему инвестору компании. Вернуть средства по расторгнутому соглашению корпорацию обязал суд Люблинского района заочным решением. В октябре акт первой инстанции был дополнен новым решением.

Нотариуса обязали вернуть средства из депозита холдингу. Однако сделать этого Милевский не смог, так как обслуживающий банк «МИБ» потерял лицензию и заявил о банкротстве. К слову, именно это кредитное учреждение оказывало услуги  городской нотариальной палате Москвы.

Временная администрация финансовой организации вступила в полномочия 19.11.2009 года, а уже в феврале арбитраж открыл конкурсное производство.

Многочисленные требования Милевского о возврате денег с депозита были услышаны. Управляющий включил их в список по третьей очереди кредиторов. До текущего момента средства не перечислены.

Как сообщает на своем сайте АСВ, управляющий «МИБ» еще не завершил расчеты даже по первоочередным требованиям.

Кто виноват? Иск к нотариусу

Руководство «Центра» не пожелало дожидаться завершения истории с банком и попыталось взыскать долг с Милевского. Осенью 2011 года иск рассматривал Таганский суд Москвы. Отказ холдинг безуспешно обжаловал в апелляции.

  Клиент настаивал на возврате основной суммы, а также выплате процентов (более 733 тысяч рублей). Суды не усмотрели в действиях нотариуса вины. Принимая решение, Дмитрий Гришин указал на отсутствие доказательств использования денежных средств ответчиком.

Факт задолженности признали, но взыскивать ее лично с Милявского отказались.

https://www.youtube.com/watch?v=-2xxyfeh6iE

Администрация мириться с ситуацией не стала и предъявила исполнительный лист на возврат 2,71 миллионов рублей в «ВТБ 24». В этом кредитном учреждении у нотариуса имелся счет. Банк документ исполнил 18.01.2012 года.

Разбирательство с финансовой организацией

Источник: http://kons.ru/news/tak_li_bezopasen_depozit_notariusa_istoriya_vladislava_milevskogo

Вс исключил депозит нотариуса из конкурсной массы // асв готовит жалобу в конституционный суд

Верховный суд (ВС) разрешил исключить из конкурсной массы банка-банкрота средства на депозите нотариуса. Спор возник из-за нормы, которая защищает депозиты от взыскания. Она появилась в Законе о банкротстве в 2015 году.

Агентство по страхованию вкладов (АСВ) считает, что эти деньги — долг банка перед нотариусом, который по определению не входит в конкурсную массу, а норма в Законе о банкротстве неисполнима. Но экономическая коллегия ВС оставила в силе решение первой инстанции, поддержавшей нотариуса.

Во время заседания также выяснилось, что АСВ готовится обратиться в Конституционный суд (КС) по этому вопросу.

На депозите нотариуса Ии Горбунковой в обанкротившемся банке «Развитие» числились 165 млн руб. Суд первой инстанции согласился, что исключить из конкурсной массы надо всю сумму. Об этом говорит п. 2 ст. 189.91 Закона о банкротстве. Норма вступила в силу 29 декабря 2015 года.

А так как банкротство банка началось позже (в октябре 2016 года), то суд применил правило ко всем средствам на счете Ии Горбунковой. Апелляция и кассация исключили только 133 млн руб.

, так как они поступили на счет после вступления в силу нормы Закона о банкротстве (№ А25-2194/2016).

Представитель АСВ Вячеслав Громов в сегодняшнем заседании в ВС полагал, что деньги — собственность банка, а средства на депозите нотариуса отражают обязательства банка перед ним. Требование Закона о банкротстве исключить их из конкурсной массы является «юридически и фактически неисполнимым».

Действительно, исключение денег на депозите нотариуса из конкурсной массы не означает, что нотариус сможет их вернуть, так как у банка может вообще не оказаться средств. При этом не ясно, как выплата нотариусу соотносится с очередностью требований иных кредиторов. АСВ просило экономическую коллегию обратиться в КС по этому вопросу, но ВС ходатайство не удовлетворил.

Из слов Вячеслава Громова следовало, что агентство также готовит самостоятельную жалобу в КС.

Исключение средств на депозите нотариуса из конкурсной массы возможно, настаивал представитель нотариуса Михаил Комаров. Также он жаловался, что апелляция и кассация в резолютивной части убрали фразу «обязать перечислить» деньги на депозит Ии Горбунковой в другом банке. АСВ издало распоряжение об исключении денег.

Ия Горбункова полагала, что агентство хочет отдать эти деньги тем, кто приходит за исполнением по депозиту, или самому нотариусу. Но АСВ отказывало, так как у банка обязанности перечислить деньги нет. «В пользу кого эти средства исключены из конкурсной массы?» — удивлялся Михаил Комаров.

Определение суда первой инстанции было более правильным, полагает представитель, так как суд указал способ защиты права.

Тройка судей ВС оставила в силе решение суда первой инстанции, исключившей все средства на депозите нотариуса из конкурсной массы и указавшей, что они должны быть выплачены на счет нотариуса в ином банке.

Источник: https://zakon.ru/discussion/2018/07/02/vs_isklyuchil_depozit_notariusa_iz_konkursnoj_massy__asv_gotovit_zhalobu_v_konstitucionnyj_sud

Верховный суд против нотариата

Верховный суд РФ принял радикальное для нотариата постановление[1]. Недавно в высшей судебной инстанции России в очередной раз рассматривался вопрос правомерности взимания нотариусами оплаты услуг правового и технического характера.

Его важность обусловлена, с одной стороны, необходимостью сохранения финансовой независимости нотариата, а с другой стороны, юридической слабостью введенной когда-то конструкции «дополнительных нотариальных услуг правового и технического характера» и нежеланием заявителей оплачивать эти якобы «дополнительные» услуги, которые, по сути, должны являться частью единого нотариального тарифа, но сформулированы в настоящее время юридически неудачно.

Проблема эта имеет давнюю историю. Она неоднократно рассматривалась различными судами практически всех уровней и видов, начиная от районных судов, заканчивая Конституционным судом. Каждый юрист, сталкивающийся с нотариатом, хоть раз задавался вопросом о том, на каком основании нотариус, взыскав нотариальный тариф, взимает еще за услуги правового и технического характера. Соответствующие эмоциональные дискуссии между нотариусом и юристом-заявителем – достаточно частое явление будней нотариальной конторы.

Читайте также:  Любовь и капиталы: как сохранить активы в семье и передать по наследству

Вкратце суть юридической дискуссии заключается в следующем. Нотариусы, следуя ежегодно утверждаемым нотариальными палатами тарифам[2], взимают соответствующие платы за оказание услуг правого и технического характера при совершении практически каждого нотариального действия. Обратное является скорее исключением, чем правилом.

Возможность взимания нотариусами данных денежных средств предусмотрена также ст. 23 Основ законодательства о нотариате. Оппоненты такого порядка аргументируют свою позицию, в основном, отсутствием реальной необходимости в оказании им услуг технического и правового характера.

Они обращаются только за совершением нотариального действия и ни в каких дополнительных услугах нотариуса не нуждаются. Например, заявитель самостоятельно сделал копию документа и обращается к нотариусу засвидетельствовать верность ее оригиналу.

Он недоумевает, какие технические услуги в данном случае оказывает нотариус, и, соответственно, настаивает на оплате только нотариального тарифа без дополнительных услуг.

Судебные инстанции чаще всего поддерживали позицию нотариального сообщества, но не всегда.

Знаковым стало Определение Конституционного суда в 2011 году[3], в котором указано, что законодательство «допускает финансирование деятельности нотариуса за счет оказания дополнительных услуг правового и (или) технического характера, предоставляемых гражданам и юридическим лицам исключительно при наличии их согласия». Таким образом, Конституционный суд достаточно четко определил, что рассматриваемые взимания допустимы, но только в добровольном порядке.

Такая позиция вынудила нотариальное сообщество несколько скорректировать собственные подходы к этому вопросу.

Аргументация стала базироваться теперь на тезисе о том, что дополнительные услуги правового и технического характера являются неотъемлемым элементом всех нотариальных действий[4].

Как следствие, отдельного волеизъявления заявителя не требуется, а оно презюмируется самим фактом обращения за совершением нотариального действия. Суды поддержали такой подход и, по общему правилу, отказывали при оспаривании действий нотариусов.

Принятое недавно определение Верховного суда «ломает» сложившуюся судебную практику по этому вопросу. Суд прямо пишет о том, что вышеуказанная позиция противоречит законодательству. Конечно, вряд ли можно согласиться с таким однозначным выводом суда о том, что если заявителем изготовлены самостоятельно все документы, то нотариус не оказывает ни технические, ни правовые услуги. Это не так.

Сейчас нотариус не только работает с бумажными носителями, но и должен еще фиксировать все действия в ЕИСН (Единая информационная система нотариата), что достаточно трудоемко и является технической работой. Правовые же услуги имеют место при совершении практически каждого нотариального действия.

Даже когда нотариус свидетельствует верность копии документа, он не только сверяет оригинал с копией, но и должен провести юридический анализ, оценить документ на наличие у него признаков документа (авторства и юридически значимых фактов), а при отсутствии таковых отказать в совершении нотариального действия. Это правовая работа.

Тем не менее Верховный суд России 26 июня 2018 года достаточно однозначно и не в пользу нотариата высказался относительно этой давней дискуссии.

Кроме тезиса о том, что правовые и технические услуги не входят в состав нотариального действия, Верховный суд еще добавил, что «перечень оснований для отказа в совершении нотариального действия является исчерпывающим, не подлежит расширительному толкованию.

Из изложенного следует, что такое основание для отказа в совершении нотариального действия, как отказ от оплаты услуг правового и технического характера, законом не предусмотрено». Значение этого судебного акта для нотариальной практики трудно переоценить. Он меняет сложившиеся подходы к финансированию деятельности нотариуса.

После его принятия могут последовать массовые отказы от оплаты дополнительных услуг правового и технического характера, и суды, руководствуясь рассматриваемым Определением Верховного суда и принципом единообразия судебной практики, не смогут поддерживать нотариат в этом вопросе. В то же время плата за услуги правового и технического характера – это не излишки нотариата.

Она нередко составляет половину дохода нотариуса и позволяет ему эффективно заниматься нотариальной деятельностью, самостоятельно обеспечивать как материально-технические (аренда помещения, оргтехника и пр.), так и трудовые (трудовая занятость помощников нотариуса и юрисконсультов) затраты.

Ликвидация этих доходов ставит под угрозу функционирование нотариата в том виде, как он существует в нашей стране с 1993 года. В этих условиях возвращение к государственному нотариату становится не таким уж фантастическим сценарием, но тем не менее крайне нежелательно ввиду очевидных недостатков, которые были ему присущи в советский период.

Поэтому в настоящий момент нотариальному сообществу необходимо оперативно разрабатывать новый механизм финансирования нотариальной деятельности, который и устраивал бы нотариусов, и не имел изначально заложенных юридических противоречий.

Таким образом, очередное судебное постановление высшей судебной инстанции свидетельствует о том, что давний вопрос правомерности взимания нотариусами платы за дополнительные услуги правового и технического характера по-прежнему актуален. Более того, Верховный суд этим определением усилил радикальность дискуссии, высказавшись достаточно жестко не в поддержку нотариальной точки зрения.

Для этого есть все основания, поскольку предложенная юридическим сообществом конструкция «дополнительных услуг правового и технического характера» слаба с юридической точки зрения. Действующие нормы Основ лишь упоминают услуги правового и технического характера, не определяя ни сущность этих платежей, ни соотношение их с нотариальным тарифом.

В настоящее время эти нормы являются не более чем декларацией о намерениях. Нотариальное сообщество, по сути, заявляет, что взыскание только нотариального тарифа является недостаточным для эффективного осуществления нотариальной деятельности и не затрагивает дополнительных затрат нотариуса как интеллектуального, так и технического характера. Это справедливо. Однако отсутствие определенности относительно правовой природы этих платежей создает некоторый правовой хаос. Должна быть предложена модель, безупречная с юридической точки зрения и обеспечивающая эффективное функционирование современного российского нотариата. Время для законодательного пересмотра этих отношений не то чтобы наступило, а практически уже истекло. Обновление порядка финансирования деятельности нотариуса возможно либо через установление единого нотариального тарифа, в котором уже заложены все необходимые платежи, либо через четкое обоснование правовой природы дополнительных услуг и условий их оказания.

 [1] Определение Верховного суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. по делу № 31-ГК18-3.[2] Тарифы определяются в соответствии с Методическими рекомендациями по определению предельного размера платы за оказание нотариусом услуг правового и технического характера, утвержденными решением Правления Федеральной нотариальной палаты от 28 марта 2016 (протокол № 03/16).[3] Определение Конституционного Суда РФ от 1 марта 2011 г. № 272-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Чераневой Антонины Афанасьевны на нарушение ее конституционных прав абзацем третьим части первой статьи 15 и частью первой статьи 23 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате».[4] См., например, Комментарий законодательства Российской Федерации о нотариате / Под ред. Д. Я. Малешина. М., 2018. С.135.

Источник: https://legal.report/author-21/verhovnyj-sud-protiv-notariata

Ссылка на основную публикацию